Сероконверсия гепатита в

Сероконверсия гепатита в

High Prevalence and High Incidence of Coinfection with Hepatitis B, Hepatitis C, and Syphilis and Low Rate of Effective Vaccination against Hepatitis B in HIV-Positive Men Who Have Sex with Men with Known Date of HIV Seroconversion in Germany
Источник: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC4640863/

Конкурирующие интересы: авторы заявили, что конкурирующих интересов не существует.

Задуманные и разработанные эксперименты: KJ MT CTB RS CK DM HJH OH BGB KM. Выполнены эксперименты: MT CTB CK DM HJH KM. Проанализированы данные: KJ RS. Используемые реагенты / материалы / инструменты анализа: MT CTB CK DM HJH HJ SD KM. Написал статью: KJ RS OH BGB KM.

Мужчины, имеющие половые контакты с мужчинами (МСМ), подвергаются более высокому риску коинфекции вирусом гепатита В (HBV), вирусом гепатита С (HCV) и сифилисом, чем общая популяция. ВИЧ-инфекция и эти коинфекции ускоряют прогрессирование заболевания взаимно. В этом исследовании оценивалась распространенность и частота этих коинфекций у ВИЧ-положительных МСМ в Германии.

В рамках общенационального многоцентрового перспективного когортного исследования ВИЧ-инфицированных МСМ образцы плазмы, собранные ежегодно, были скринированы на HBsAg и антитела к HBc, HBs, HCV и сифилису. Образцы с показаниями активной инфекции HBV или HCV были подтверждены полимеразной цепной реакцией. Распределение распространенности и заболеваемости каждой инфекции и показателей заболеваемости на одного участника исследования было рассчитано, а количество случаев превысило 4-летние интервалы времени.

В этом исследовании скринировали 5445 образцов из 1843 МСМ. Средний возраст сероконверсии ВИЧ составлял 33 года. Распространенность активного, очищенного и оккультного HBV и активного / очищенного HCV составила 1,7%, 27,1%, 0,2% и 8,2% соответственно, а 47,5% были эффективно вакцинированы против HBV. Распространенность антител к Treponema pallidum и тройных или четырехкратных инфекций, передаваемых половым путем (ИППП), составила 39,6% и 18,9% соответственно. Распространенность ИППП, очищенная вакцинация против HBV, HBV и история сифилиса значительно различались среди возрастных групп. Показатели ВГВ, ВГС и сифилиса составили 2,51, 1,54 и 4,06 на 100 человеко-лет соответственно. Заболеваемость ВГС и сифилисом увеличивалась с течением времени. Уровень заболеваемости ВГС был значительно выше у МСМ, коинфицированного сифилисом и живущего в Берлине, а заболеваемость сифилисом была значительно выше у МСМ, проживающих в Берлине.

Несмотря на обширные кампании вакцинации против ВГВ, менее 50% скринированных МСМ были эффективно вакцинированы, причем значительная доля ВИЧ-инфицированных МСМ была коинфицирована HBV. Высокие показатели коинфекции ИППП у ВИЧ-инфицированных МСМ и растущие случаи подчеркивают необходимость в более эффективных кампаниях по вакцинации против ВГВ и профилактике ИППП.

Файл данных, содержащий исходные данные исследования и описание переменных, доступен из базы данных zenodo; URL-адрес DOI: http://dx.doi.org/10.5281/zenodo.28757.

Инфекции, передающиеся половым путем (ИППП), являются серьезной проблемой для здоровья пациентов, инфицированных ВИЧ. ИППП могут увеличить риск заражения ВИЧ [1-3] и ухудшить течение болезни [4]. И наоборот, ВИЧ-инфекция может ускорить ход одновременных ИППП, включая гепатит В и гепатит С, что приводит к более быстрому развитию фиброза и цирроза [5, 6] и делает заболевание печени одним из наиболее важных не связанных со СПИДом причин смерти ВИЧ — положительные пациенты за последние несколько лет [7-9]. Кроме того, недавно введенные агенты прямого действия (ДАА) против вируса гепатита С (ВГС) продемонстрировали тяжелые лекарственно-лекарственные взаимодействия с антиретровирусными средствами, затрудняя лечение обоих заболеваний [10, 11].

В Европе мужчины, имеющие половые контакты с мужчинами (МСМ), составляют значительную долю людей, живущих с ВИЧ [12]. В Германии на МСМ приходится 66% людей, живущих с ВИЧ [13]. ВИЧ-инфицированные МСМ очень уязвимы для одновременных ИППП [14-17], показатели которых в 2000 году увеличились в западных странах [18-20].

ВИЧ-инфицированные МСМ часто коинфицируются вирусом гепатита В (HBV) и Treponema pallidum (TP), который вызывает сифилис [21-28]. Европейские рекомендации рекомендуют скрининг сексуально активных ВИЧ-положительных МСМ для ВГВ, ВГС и сифилиса при диагностике ВИЧ и, по крайней мере, ежегодно после этого [29]. Кроме того, в немецких руководствах рекомендуется, чтобы сексуально активные МСМ и другие иммунодефицитные лица были вакцинированы для ВГВ [30]. Однако, поскольку их иммунные ответы являются неполными, ВИЧ-положительные индивидуумы имеют более низкие показатели эффективной иммунизации против HBV [31-36]. В этой популяции были показаны более высокие показатели оккультных инфекций HBV, продуцирующих только антитела против HBc, чем общая популяция [37-40].

Коинфекции HCV ВИЧ-положительных пациентов наблюдаются главным образом у ВИЧ-инфицированных лиц, употребляющих инъекционные наркотики [41, 42]. С 2000 года вспышки острого ВГС у ВИЧ-инфицированных МСМ наблюдались в крупных западных городах, включая города Германии [43-49]. HCV может передаваться половым путем, например, через анальные повреждения слизистой оболочки, вызванные сексуальными практиками, такими как фистинг или язвенные ИППП, такие как сифилис; путем обмена принадлежностями для носового и внутривенного использования рекреационных наркотиков, таких как героин, кокаин, метамфетамины и кетамин; или путем проктохирургических вмешательств, например, при лечении кондиломы [50-55].

Нормативная система отчетности по ИППП в Германии включает только ВИЧ и сифилис, а также инфекции с ВГВ и ВГС. Поскольку эта отчетность является анонимной на национальном уровне, коинфекции не могут быть определены. Поэтому данные о коинфекциях ИППП в МСМ в Германии основаны на спорадических исследованиях, главным образом в отношении ВИЧ-отрицательных МСМ [56-60]. Напротив, мало известно о коинфекциях у ВИЧ-инфицированных МСМ, хотя в нескольких исследованиях была проведена оценка коинфекции сифилиса [25, 61, 62]. Кроме того, несмотря на рекомендации Германии о том, что ВИЧ-инфицированная МСМ была вакцинирована против ВГВ, успех этой программы вакцинации не оценивался. Напротив, скрининг на ВГС рекомендуется для сексуально активных ВИЧ-инфицированных МСМ в Германии [29].

Для получения дополнительной информации о распространенности и распространенности коинфекции HBV, HCV и сифилиса среди ВИЧ-положительных МСМ в Германии была проведена обширная серологическая съемка. ВИЧ-положительные МСМ с известным временем сероконверсии ВИЧ в Германии оценивали на предмет коинфекции с ВГВ, ВГС и сифилисом, а также для эффективной иммунизации против ВГВ.

Все анализы были основаны на общенациональном, многоцентровом, открытом и перспективном когортном исследовании ВИЧ-1-положительных пациентов с известной или достоверно оцененной датой сероконверсии ВИЧ-1. Пациенты имели право участвовать в исследовании, если 1) иметь острую сероконверсию ВИЧ (обнаруживаемую РНК ВИЧ-1 или антиген р24 в сочетании с отрицательным или неопределенным результатом ELISA или реактивным иммунодефицитом ВИЧ-1 в сочетании с отрицательным или неопределенным результатом иммуноблота с подтверждением полная сероконверсия в течение шести месяцев) или 2) с документированной сероконверсией ВИЧ с не более чем 3-летним интервалом между последним отрицательным и первым подтвержденным положительным тестом на антитела к ВИЧ. Датой заражения считается дата отбора крови первого реактивного теста (острые сероконвертеры) или среднее арифметическое между последним отрицательным и первым подтвержденным положительным тестом на антитела к ВИЧ (документированный сероконвертер). Период исследования был с 15 июня 1996 года по 4 мая 2012 года. Социодомографические и клинические данные, а также образцы крови от каждого участника были собраны во время регистрации и ежегодных наблюдений. Методы этого исследования, которые, как предполагается, являются представителями МСМ в Германии, за исключением лиц с иммигрантским образованием, подробно описаны в другом месте [63-65]. Протокол исследования был первоначально одобрен в 2005 году Комитетом по этике Charité, Университетской медицине Берлин (EA2 / 105/05), с одобрением, утвержденным и подтвержденным в 2013 году. Участники предоставляют свое письменное информированное согласие на участие в этом исследовании. Комитет по этике одобрил эту процедуру согласия.

Пациенты были включены, если были собраны базовые социально-демографические данные и по крайней мере один образец плазмы был доступен для оценки распространенности коинфекции. Чтобы оценить заболеваемость, участники исследования должны были быть серонегативными для конкретной инфекции, по крайней мере, один дополнительный образец плазмы.

Все образцы ЭДТА-крови (10-20 мл) были отправлены лечащими врачами в Институт Роберта Коха (RKI). Баффи и плазму разделяли центрифугированием, а аликвоты в плазме хранили при -70 ° С. Образцы плазмы были экранированы эпидемиологической лабораторией RKI для HBsAg и антителами к HBc и HBs в качестве маркеров инфекции HBV, для антител против HCV в качестве маркера инфекции HCV и для антител против Treponema pallidum в качестве маркера сифилиса с использованием системы Architect ci8200 (Abbott, Висбаден, Германия). Обрезание 0,5 использовалось для дифференциации результатов TP-CLIA, как оценили Labor Krone (Bad Salzuflen, Germany), консультационная лаборатория для Treponema [66]. Образцы с признаками острой, хронической или оккультной инфекции HBV были подтверждены качественной полимеразной цепной реакцией [ПЦР] (вложенная ПЦР с использованием Hot Star Taq Master-Mix-Kit, Qiagen, Hilden, Germany). Образцы, положившие положительный результат теста на антитела против HCV, были испытаны с помощью качественной ПЦР (двухступенчатая ПЦР с использованием One Step RT-PCR-Kit и Hot Star Taq Master-Mix-Kit, как Qiagen), так и генотипированных наборов для секвенирования Big Dye, Applied Biosystems, Дармштадт, Германия) подразделением RKI для вирусного гастроэнтерита и патогенов и энтеровирусов гепатита. Были подтверждены положительные результаты тестирования образцов для анти-ТП (Architect® Syphilis TP, с использованием более низкого порога положительности 0,5), и уровень их активности, оцененный TPPA (Fujirebio, Tokyo, Japan), FTA-Abs IgM (Zeus, Raritan, США) , и RPR (Biokit, Барселона, Испания) лейбористской Krone. Образцы были классифицированы как положительные для каждой конкретной инфекции, как описано в таблице 1.

Сообщалось о базовых социально-демографических и клинических характеристиках исследуемой популяции с использованием описательной статистики. Распространенность была рассчитана как количество соответствующих событий, деленное на количество участников исследования, включенных в исследование. Распространенность среди возрастных групп сравнивалась с использованием теста Χ2 или, если необходимо, точного теста Фишера.

Даты сероконверсии HBV, HCV и сифилиса были определены как дата нанесения первого образца, положительного для этой инфекции. Общее время наблюдения за участником исследования, указанное как человеко-лет (PY), рассчитывалось как время между датой сероконверсии ВИЧ и датой последнего образца плазмы. Если разница между датой сероконверсии ВИЧ и датой положительности для другой инфекции составляла ≤ 14 дней, то STI считалось присутствующим во время сероконверсии ВИЧ.

При анализе заболеваемости продолжительность наблюдения за участником исследования определялась как время с даты сероконверсии ВИЧ до момента получения первого положительного образца для этой инфекции или до момента последнего отрицательного теста на пробу для этой инфекции. Поскольку реинфекции не являются статистически независимыми событиями, они не учитывались при анализе заболеваемости. Лица, инфицированные ВГВ, ВГС или сифилисом во время сероконверсии ВИЧ (первая выборка), были исключены из анализа заболеваемости. Частота каждой инфекции рассчитывалась как количество инфекций, деленное на кумулятивное количество ПГ во время наблюдения. На протяжении всего периода исследования с 1996 по 2012 год, а также на 4-летние интервалы времени (1996-1999, 2000-2003, 2004-2007 и 2008-2012 гг.) Были рассчитаны показатели, включая доверительные интервалы 95% (КИ) , Также были рассчитаны коэффициенты заболеваемости (IRR), включая 95% ДИ. Все статистические анализы были выполнены с использованием программного обеспечения STATA (StataCorp LP, Collge Station, USA) версии 13 с p-значением

В исследовании было проведено скрининг 5445 образцов из 1838 ВИЧ-инфицированных МСМ, при этом среднее число образцов на одного участника исследования составляло 2 (таблица 2).

Общее количество ПГ составляло 6 419, при этом среднее время наблюдения на одного участника исследования составляло 2,6 года. Среднее время между датой сероконверсии ВИЧ и датой первого образца крови составляло 143 дня (0,4 года), а средняя продолжительность между пробоем первого и последнего образцов составляла 692 дня (1,9 года).

Средний возраст сероконверсии ВИЧ составлял 33 года. Из включенных МСМ 61,5% проживали в Берлине, 11,2% в федеральных землях Северного Рейна-Вестфалии, 5,0% в Баден-Вюртемберге и 4,6% в Баварии.

Из ВИЧ-положительных МСМ 55,3% были коинфицированы, по крайней мере, одним из других патогенов, HBV, HCV или сифилиса. Более того, 16,6% были инфицированы двумя из этих агентов, а 2,4% были положительными для всех трех (рис. 1).

На рисунке показаны коинфекции вирусом гепатита B (HBV), вирусом гепатита C (HCV) и сифилисом. Области эллипсов соответствуют рассчитанным пропорциям соответствующих коинфекций. Белые цифры: пропорции соответствующих множественных инфекций. Все проценты относятся к общему числу ВИЧ-положительных МСМ (N = 1,838). Категория «HBV» включает ВИЧ-положительные результаты тестирования МСМ, положительные для активной, очищенной или оккультной коинфекции HBV; категория «HCV» включает в себя положительный результат теста на ВИЧ-положительный МСМ для острой / хронической или очищенной коинфекции HCV (для определения на основе результатов серологических испытаний этих категорий, см. таблицу 1).

Во время кровообращения 1,7% когорты МСМ были активными, а 27,1% — с инфекциями HBV, с 6,5% и 16,7% соответственно, диагностированными во время сероконверсии ВИЧ (таблица 3).

1Для классификации образцов как положительных для каждой конкретной инфекции см. Таблицу 1

2 Сравнение с помощью теста X2 или точного теста Фишера, где это необходимо.

Из 47,5% МСМ, эффективно вакцинированных против ВГВ, 25,4% были вакцинированы до сероконверсии ВИЧ и 28,6% в течение первых 6 месяцев после сероконверсии ВИЧ. Среди последних участников исследования средняя продолжительность между сероконверсией ВИЧ и датой первого образца, показывающая эффективную вакцинацию против HBV, составила 9 месяцев (диапазон 1-179 месяцев).

Из ВИЧ-положительных МСМ 2,5% (46) были положительными только для анти-HBc, что указывало на оккультную инфекцию HBV. Три из этих участников исследования были положительными HBV-ДНК, подтверждающими оккультную инфекцию HBV, через 6-18 месяцев после сероконверсии ВИЧ. Все три были отрицательными для антител против HCV. Последующие образцы у шести других участников исследования были положительными для анти-HBc, но оккультная инфекция HBV не могла быть подтверждена ПЦР HBV. Тем не менее, образцы, ранее полученные от этих шести участников исследования, испытывали положительный результат для анти-HBc и анти-HB одновременно, предполагая очищенную HBV-инфекцию, а контрольные образцы тестировали исключительно положительно для анти-HBc. Титры анти-HBs всех этих образцов были очень близки к обрыву анализа анти-HBs Architect. Эти образцы считались показавшими очищенную HBV-инфекцию. Распространенность очищенной инфекции HBV и эффективной вакцинации значительно различалась среди возрастных групп (таблица 3).

В целом, 8,2% МСМ были положительными для инфекции HCV. Из них 48,7% имели виремический образец после сероконверсии ВИЧ. Наиболее часто встречался генотип HCV (71,6%), за которым следуют генотипы 4 (19,2%), 3 (6,8%) и 2 (2,7%). Из ВИЧ-положительных МСМ, положительных на ВГС, 10,5% были коинфицированы HCV на момент сероконверсии ВИЧ. Среди участников исследования, впервые положительных на анти-HCV после сероконверсии ВИЧ, среднее время от сероконверсии ВИЧ до первого образца, взятого положительным для анти-HCV-антител, составляло 30 месяцев (диапазон 1-190 месяцев).

Из ВИЧ-положительных МСМ 39,6% были положительными для коинфекции сифилиса, в том числе 31,6% с активным сифилисом после сероконверсии ВИЧ. Из сифилиса-положительного МСМ 10,7% уже были коинфицированы во время сероконверсии ВИЧ. Среди МСМ впервые положительный результат на анти-ТП-антитела после сероконверсии ВИЧ, среднее время между сероконверсией ВИЧ и датой первого образца крови, положительное для антитела против ТП, составляло 11 месяцев (диапазон 1-194 месяца). Распространенность истории сифилиса значительно различалась среди возрастных групп (таблица 3).

Распространенность наличия любого ИППП значительно различалась среди возрастных групп (таблица 3) и была значительно выше среди участников исследования, проживающих в Берлине, чем в других городах (58,4% против 50,4%, р-значение = 0,001).

Общая популяция исследователей была продолжена в течение 6 419 PY, причем время наблюдения различалось между конкретными инфекциями из-за различного количества МСМ, находящихся под угрозой, и, следовательно, доступного для анализа заболеваемости (таблица 1). В течение всего периода исследования с 1996 по 2012 год заболеваемость HBV, HCV и сифилисом среди лиц, подверженных риску заболевания, составляла 2,51, 1,54 и 4,06 на 100 PY соответственно.

Когда период исследования был разделен на 4-летние интервалы времени, частота HBV колебалась между 0 и 3,29 / 100 PY (рис. 2).

Были рассчитаны случаи вируса гепатита B (HBV), вируса гепатита C (HCV) и инфекции сифилиса на 100 человеко-лет (PY). Графы Whisker показывают нижний и верхний пределы рассчитанных 95% доверительных интервалов. Время под наблюдением (количество PY) на инфекцию и период времени указаны ниже цифры.

Заболеваемость HCV увеличивалась с течением времени с 0,33 до 100 PY в 1996-1999 годах до 2,28 / 100 PY в 2008-2012 годах. Аналогичным образом, заболеваемость сифилисом увеличивалась с течением времени с 0,48 до 100 п.н. в 1996-1999 гг. До 5,21 / 100 п.н. в 2008-2012 гг., Перекрывая 95% ДИ. Наибольшее увеличение случаев ВГС и сифилиса произошло с 2004-2007 по 2008-2012 годы.

Заболеваемость HBV была незначительно, но не намного выше, среди МСМ, проживающих в Берлине, чем у людей, живущих в других районах Германии (IRR = 1,17, p = 0,35, рис. 3), а среди тех, кто не испытывал положительного результата при сифилисе во время исследования период (IRR = 1,14; p = 0,35).

IRR для инфицирования вирусом гепатита B (HBV), вирусом гепатита C (HCV) и сифилисом были рассчитаны для лиц, проживающих в Берлине, и людей, живущих в других местах Германии, и лиц, которые тестируют положительный результат на сифилис в любой момент времени или или тех, кто всегда испытывает отрицательные , Графы Whisker показывают нижний и верхний пределы рассчитанных 95% доверительных интервалов.

Заболеваемость HCV была в два раза выше среди МСМ, проживающих в Берлине, чем в других местах Германии (IRR = 2,22, p

Это исследование стало первым обширным скринингом в Германии образцов плазмы ВИЧ-1-положительного МСМ с известной датой ВИЧ-1-сероконверсии для коинфекции с ВГВ, ВГС и сифилисом. Распространенность коинфекций HBV (28,8%), HCV (8,2%) и сифилиса (39,6%) была высокой, а также распространенность инфекций с двумя или тремя из этих ИППП (18,9%). Показатели HBV и HCV были на 50-100% выше у МСМ, чем отрицательные для сифилиса. Кроме того, заболеваемость ВГС и сифилисом была значительно выше среди МСМ, проживающих в Берлине, чем среди людей, живущих в других частях Германии.

Доля ВИЧ-инфицированных МСМ с активной острой или хронической инфекцией HBV была низкой, всего 1,7%; однако эти люди смогли передать HBV другим людям [16, 23]. Напротив, гораздо более высокая доля участников исследования была ранее инфицирована ВГВ, большинство из которых после ВИЧ-инфицирования. Заболеваемость HBV не проявляла никакой тенденции с течением времени, не отличалась между участниками исследования, проживающими в Берлине, и теми, кто живет в других местах в Германии, и был похож на участников исследования, которые были и не были коинфицированы сифилисом. Таким образом, коинфекция с HBV четко отличалась от коинфекций с HCV и сифилисом в этой популяции. Причины этих колебаний остаются неясными, особенно из-за того, что распространенность HBV среди ВИЧ-инфицированных МСМ в Германии существенно не изменилась с течением времени и не было никаких важных изменений в рекомендациях по вакцинации, диагностике и лечению HBV.

Более половины ВИЧ-инфицированного населения МСМ не были эффективно вакцинированы против ВГВ, причем четверть подвержена инфекции. Эта доля эффективно вакцинированных МСМ была особенно низкой в ​​старших возрастных группах, которые не были вакцинированы в детстве или подростковом возрасте. Этот вывод был в хорошем согласии с результатами крупного интернет-опроса о зарегистрированной HBV-инфекции и статусе вакцинации среди МСМ в Европе [67]. По мере того, как кампании по вакцинации против ВГВ для МСМ и для ВИЧ-положительных пациентов давно существуют в Германии [30], наши результаты показывают, что эта задача общественного здравоохранения не была эффективно реализована. Повышенная заболеваемость и смертность от печеночных инфекций среди ВИЧ-инфицированных пациентов, коинфицированных HBV [68, 69], свидетельствуют о важности эффективной иммунизации против HBV среди этих людей. В идеале, люди должны быть вакцинированы для ВГВ, прежде чем рискуют стать ВИЧ-положительными, потому что эффективность вакцинации хуже у ВИЧ-инфицированных людей, чем у ВИЧ-инфицированных [31-36]. Если вакцинация не была ранее вакцинирована, ВИЧ-инфицированные индивидуумы должны быть иммунизированы против ВГВ при низкой вирусной нагрузке на ВИЧ, так как ВИЧ-инфекция сокращает продолжительность пребывания индивидуумов на фоне положительных анти-HB [70].

Поскольку антитела против HBs могут быть потеряны через несколько лет после эффективной вакцинации против HBV ВИЧ-положительных пациентов [34], мы не можем с уверенностью утверждать, что участники исследования, отрицательные для анти-HB, ранее не были вакцинированы. Несмотря на это, эти участники исследования были восприимчивы к ВГВ, что указывало на необходимость стратегий, которые стимулировали иммунные реакции у лиц с ослабленным иммунитетом [32, 34, 35, 71].

Оккультные инфекции HBV, подтвержденные ПЦР, были редкостью в нашей когорте (0,2%). Из всех участников исследования положительный только для анти-HBc, 6,5% были подтверждены ПЦР, причем распространенность оккультного HBV в нашем исследовании была ниже, чем в большинстве других отчетов [40, 72, 73]. Несмотря на значительную долю МСМ, инфицированных HCV, ни один из участников исследования с оккультной инфекцией HBV не был положительным для анти-HCV. Таким образом, в отличие от предыдущих результатов [40], наши результаты не дали никаких доказательств увеличения оккультной инфекции HBV у участников исследования, коинфицированных HCV, хотя размеры выборок соответствующих субпопуляций были небольшими. Статус инфекции был изменен у шести участников исследования, от очищенной до оккультной инфекции HBV в последовательном образце, вследствие сокращения их титров анти-HBs до уровня, меньшего отрезка анализа анти-HBs Architect. Эти участники исследования также могут очищать инфекции HBV, при этом титры анти-HBs снижаются с течением времени из-за их иммунного дефицита. Напротив, у этих людей могут быть фактические оккультные инфекции с очень низкой HBV-ДНК во время взятия проб. Эта двусмысленность указывает на необходимость исследования этих титров у ВИЧ-инфицированных пациентов с оккультной инфекцией HBV и для частичной корректировки уровней отсечения для получения достоверной диагностики HBV.

Распространенность HCV (активного и очищенного) у ВИЧ-инфицированных МСМ в нашем исследовании в 27 раз выше, чем в общем немецком населении [74], и почти равна распространенности 8,8% случаев самообновления ВИЧ-положительных МСМ в большом Немецкий интернет-опрос [60]. Другие европейские исследования в отношении ВИЧ-инфицированных МСМ выявили как более низкую [16, 75-77], так и более высокую [46, 47] распространенность HCV, варьирующуюся от 4,2% до 17,8%. Исследования, в которых сообщалось о более высоких показателях комбинированного тестирования антител и HCV-специфической ПЦР, вероятно, включали больше участников исследования с ранней стадией инфекции и отсроченными ответами на антитела.

Частота инфицирования HCV в нашей популяции была в диапазоне, о котором сообщалось в других исследованиях [75, 77-80]. Вспышки инфекции HCV у ВИЧ-инфицированных МСМ в западных городах с 2000 года [43-49], вероятно, также повлияли на нашу популяцию, поскольку заболеваемость ВГС в 2008-2012 годах была в семь раз выше, чем в 1996-1999 годах. Интересно отметить, что наиболее сильное абсолютное увеличение заболеваемости ВГС в нашей популяции изучалось в период с 2004-2007 по 2008-2012 годы, позднее, чем первые данные о вспышках ВГС у ВИЧ-инфицированных МСМ в крупных западных городах. Тем не менее, заболеваемость ВГС увеличилась за весь период исследования.

Большинство ВИЧ-положительных участников были инфицированы HCV после сероконверсии ВИЧ. Поскольку у нас не было данных о рискованном поведении, мы не смогли проанализировать конкретные факторы риска для коинфекции HCV. Однако две трети этих МСМ, коинфицированных МСВ, также были инфицированы ВГВ и / или сифилисом, что указывает на половую передачу ВГС. Кроме того, мы обнаружили, что заболеваемость коинфекцией HCV была более чем в два раза выше среди МСМ, проживающих в Берлине, чем в других странах Германии. Берлин является актуальной точкой зрения секс-туризма МСМ в Европе, сообщается о сетях передачи HCV в Берлине [43, 44, 48]. Этот вывод также применим при сравнении случаев ВГС между ВИЧ-положительным МСМ с коинфекцией сифилиса или без него. Следовательно, врачи, лечащие сексуально активные ВИЧ-инфицированные МСМ, живущие в Берлине или путешествующие в Берлин, должны советовать этим пациентам о рисках, связанных с ВГС, и регулярно тестировать их на инфекцию HCV.

Высокая распространенность МСМ, коинфицированных HCV, в нашем исследовании подтверждает необходимость ежегодного скрининга HCV ВИЧ-инфицированных, сексуально активных МСМ, как описано в недавних рекомендациях [29]. Эти знания могут помочь улучшить консультирование и оптимизировать лечение ВГС путем раннего начала в течение острой фазы инфекции. Это, в свою очередь, может снизить вирусную нагрузку среди этой популяции и уменьшить дальнейшую передачу этого вируса. Недавно было показано, что 12-месячная программа скрининга антител к HCV среди ВИЧ-инфицированных МСМ в США в сочетании с анализом функции печени оказалась экономически эффективной в США [81].

Около половины участников исследования, коинфицированных HCV, были виремическими (ПЦР-положительными) после сероконверсии ВИЧ. Эти пациенты могут воспользоваться одновременным лечением ВГС и антиретровирусной терапией против ВИЧ. Поскольку генотипы HCV 1 и 4 были преобладающими, делая стандартную терапию интерфероном и рибавирином менее эффективными, лечение недавно введенными DAAs может привести к успешной ликвидации HCV у этих пациентов. Эти режимы без интерферона могут быть особенно эффективны у ВИЧ-положительных пациентов, так как у этих пациентов наблюдается более быстрое прогрессирование фиброза и цирроза, чем у ВИЧ-отрицательных пациентов [5, 6], и у DAA высокая вирусная эффективность у ВИЧ-позитивных пациентов [82] и хорошая переносимость. Из-за их нынешних высоких затрат лечение с этими агентами ограничено, в том числе в западных странах.

Распространенность сифилиса была самой высокой из трех выявленных ИППП. Эти результаты хорошо согласуются с другими сообщениями об эпидемиях сифилиса у МСМ [19, 26, 59, 67, 83] и ВИЧ-положительных МСМ [15-17, 25, 84]. В 2013 году 81,4% пациентов, инфицированных сифилисом в Германии, были признаны МСМ на основе установленной системой отчетности [85]. Более подробный анализ законодательных данных показал некоторые данные о совпадении между обеими инфекциями в МСМ в Германии, что, по-видимому, связано с их сексуальным рискованным поведением [25]. В нашем исследовании 89,3% МСМ, коинфицированных сифилисом, заразились после сероконверсии ВИЧ, что свидетельствует о том, что этот тип поведения риска продолжается после того, как субъекты становятся ВИЧ-инфицированными. Этот вывод подчеркивает важность консультирования по рискам ИППП в контексте лечения ВИЧ. Поскольку ВИЧ-инфицированные МСМ в Германии обычно находятся в тесном контакте с врачами, специализирующимися на лечении ВИЧ, эти врачи могут играть важную роль в профилактике ИППП.

Интересно, что в отличие от предыдущих результатов [28], общая распространенность антител к Treponema pallidum, а также распространенность активного сифилиса были выше в старших возрастных группах. Наши результаты показали, что МСМ в возрасте от 35 до 55 лет подвергаются более высокому риску наличия истории сифилиса, чем другие возрастные группы, но не для активного сифилиса. Поскольку остаточные антитела к сифилису могут оставаться в течение длительного времени, особенно у ВИЧ-позитивных пациентов, наши данные не дали никаких доказательств более высокого риска инфицирования сифилисом в старших возрастных группах, но показывают накопление остаточных антител в течение жизненного цикла МСМ ,

Общая заболеваемость сифилисом, 4,06 / 100PY, также соответствовала предыдущим данным [22]. Подобно ВГС, заболеваемость сифилисом увеличивалась с течением времени и была в два раза выше у МСМ, проживающих в Берлине, чем в других странах Германии. Этот вывод находится в хорошем согласии со статутными данными, что свидетельствует о том, что заболеваемость сифилисом среди МСМ в Германии растет с 2010 года [85].

Более половины ВИЧ-инфицированных МСМ, коинфицированных HCV, также были коинфицированы сифилисом, что указывает на то, что каждый может выступать в качестве ответного маркера для другого. Таким образом, появление либо HCV, либо сифилиса у ВИЧ-инфицированных МСМ должно спровоцировать скрининг другого инфекционного агента.

Данные исследования настоятельно поддерживают рекомендации, рекомендующие, чтобы ВИЧ-положительные МСМ подвергались скринингу на сифилис, особенно потому, что исследования в отношении ВИЧ-положительных МСМ показали, что около 50% лиц, коифилизированных с сифилисом, были бессимптомными для сифилиса [22, 28, 86].

Это исследование является первым крупным серологическим обзором ВИЧ-инфицированных МСМ в Германии для оценки коинфекций с ВГВ, ВГС и сифилисом. Особая сила заключается в том, что образцы сыворотки не собирались в связи с оценками конкретного сексуального риска, включая скрининг ИППП, но во время обычной медицинской помощи при ВИЧ-инфекции. Из-за когортной структуры другим преимуществом этого исследования была способность связать дату диагностики ИППП с известной датой сероконверсии ВИЧ.

Исследование также имело несколько недостатков. Во-первых, распространенность и частота инфекции HCV, возможно, были недооценены из-за отсроченного ответа антител на острую инфекцию, особенно когда последующие образцы крови были недоступны [87-89] или потеря антител между двумя последовательными рисунками крови. Напротив, инфекция HCV, возможно, была завышена, поскольку образцы, положительные для анти-HCV, не были подтверждены вестерн-блоттингом из-за эпидемиологической направленности этого исследования. Таким образом, хотя некоторые положительные результаты теста против HCV, возможно, были ложными срабатываниями, высокая специфичность (99,6%) используемой системы тестирования [90] предполагает, что переоценка маловероятна.

По литературе существует потенциал для оккультного HCV [91-93], но в этом исследовании этого не было.

Дата сероконверсии ВИЧ оценивалась для большей доли участников исследования как среднее значение между зарегистрированным последним отрицательным и первым положительным тестом на ВИЧ с не более чем 3-летним интервалом между ними. Это может вызвать некоторые неточности в отношении анализов, которые включают время сероконверсии ВИЧ.

Поскольку исследование было ориентировано на лабораторные исследования, данные о поведении, клинических характеристиках или лечении ВГВ, ВГС и сифилиса не собирались. Таким образом, мы не смогли рассчитать модель фактора риска, по которой исследуемая популяция приобрела ИППП. Поэтому в 2014 году мы внедрили новый и обширный модуль данных о инфекции HBV и HCV и их лечении в когортное исследование.

Высокая распространенность HBV, HCV и сифилиса у нашего населения ВИЧ-инфицированного МСМ подчеркивает сильную потребность в постоянной и всесторонней профилактике ИППП среди ВИЧ-инфицированных МСМ в Германии. Эту популяцию следует регулярно проверять по всем трем показаниям, как это рекомендовано в настоящих руководящих принципах. Нынешние усилия по минимизации доли ВИЧ-положительных МСМ, которые не были вакцинированы эффективно для ВГВ и остаются восприимчивыми к инфекции HBV, имеют большое значение, особенно потому, что ВИЧ-положительные пациенты подвергаются риску тяжелого поражения печени.

МСМ или, по крайней мере, те, которые сексуально активны или диагностированы с другим диагнозом ИППП, должны быть скринированы на инфекцию HCV. Анализ в США показал, что скрининг на ВГС в сочетании с функциональными тестами печени был экономически эффективным [81]. Хотя аналогичный анализ в Германии не проводился, сходство параметров свидетельствует о том, что такой тип программы скрининга может быть в равной степени рентабельным. Филогенетический анализ, связанный с HCV, может помочь лучше понять его эпидемиологию у ВИЧ-инфицированных людей и сформировать более эффективные профилактические подходы. Наконец, с точки зрения общественного здравоохранения широкое использование недавно разработанных DAA для лечения HCV может снизить вирусную нагрузку HCV в этой популяции и снизить риски передачи HCV.

Медицинское обслуживание ВИЧ-инфицированных МСМ в Германии предполагает, что частные практики, а также амбулаторные клиники, специализирующиеся на медицинской помощи для ВИЧ, могут иметь важное значение для усиления охвата вакцинацией против ВГВ, а также для оптимального скрининга ИППП ВИЧ-инфицированных МСМ. Наши результаты показывают, что особое внимание следует уделять МСМ, живущим или путешествующим в Берлин.

Мы хотели бы поблагодарить всех участников исследования, которые согласились использовать их клинические данные и образцы крови. Мы также благодарим врачей и сотрудников документации в учебных центрах за постоянное высокое качество их работы. Мы высоко ценим статистическую помощь Матиаса ан дер Хайдена и Силы Айгюндуза, техническую помощь Катрин Арндт и Ханно фон Срекелсен, а также помощь Анжелики Зак и Йоханнеса Дигегеза-Кахареза.

Исследование было поддержано грантами Федерального министерства здравоохранения (грант IIA5-2013-2514AUK375), Федеральным министерством образования и исследований (грант 01KI1206) и внутренними грантами Института Роберта Коха.

Авторы: Исследовательская группа по ВИЧ-инфекции Seroconverter, участвовавшая в этом исследовании: Aachen: Dres. Habets and Knechten; Аугсбург: Доктор мед. Хаммонд (больница Аугсбурга); Берлин: д-ра Майра, Шмидта, Шпиделя и Строхбаха (Центр медицинского обслуживания, докторский форум Seestrasse), PD Dr. med. Arasteéh (Auguste-Viktoria-Hospital / Vivantes), Дрез. Bieniek и Cordes, dr. Клаус, Дрез. Баумгартен, Карганико и Дупке, Дрез. Фрейвальд и Рауш, Дрез. Гёльц, Клаузен, Молл и Шлехауф, д-р. Д-р Хинтше, д-р Джессен и Джессен, д-р Koöppe и Krauthausen, д-р. Reuter; Билефельд: доктор мед. Пфафф (больница МАРА II); Бохум: д-р мед. Брокмайер (Госпиталь Святого Иосифа); Бонн: проф. Д-р. Рок-солома (Университетская больница Бонн); Дортмунд: проф. Геринг и доктор Schmaloöer и др. Hower (больница Дортмунд, машина скорой помощи ID27); Дрезден: д-р мед. Spornraft-Ragaller (Университетская больница Дрездена); Дуйсбург: доктор мед. Беккер-Боуст, д-р. Kwirant; Дюссельдорф: д-р мед. Haoussinger и PD Dr. med. Рейтер (Университетская больница Дюссельдорфа); Франкфурт-на-Майне: Проф. Шлем (Университетская больница Иоганн Вольфганг Гёте); Франкфурт / Одер: д-р мед. Маркус; Галле / Заале: доктор мед. Крефт (Университетская больница Университета Мартина Лютера); Гамбург: Проф. Плеттенберг, д-р. Stoehr, dr. Графе и д-р Лоренцен (Институт инфекционной медицины, ИФИ, Госпиталь Св. Георгия); Д-р Адам, Шеве и Вайтнер, д-р. Фэнске, доктор Хансен, профессор д-р мед. Stellbrink (Инфекционный медицинский центр Гамбург, ICH); Ганновер: Проф. Д-р мед. Шмидт (медицинская школа Ганновера), Дрез. Бак и Денье; Кобленц: проф. Эйзенхауэр и др. Рике (больница Кемперхоф); Koöln: Dr. med. Бихари, д-р. Фердинанд, проф. Faötkenheuer (Университетская клиника Koöln); Проф. Д-р Оетта, больница августинцев, Кельн; Лейпциг: д-р мед. Pfeil (Лейпцигская университетская клиника); Магдебург: Проф. Д-р мед. Malfertheiner и Dr. Шерсть (университетская больница Отто-в-Герике-Университат); Майнц: Проф. Д-р мед. Биле (Klinikum der Joh. Gutenberg-Universitaet); Muönchen: Dres. Jaeger and Jaögel-Guedes, dr. Мальм, доктор Ригер, госпиталь Staedtisches Мюнхен-Швабинг, проф. Fröschl (Технический университет Мюнхен); Мённер: Проф. Ран, (Университетская клиника Мёнстер); Нордерштедт: доктор мед. Soldan; Нюрнберг: Доктор мед. Брокхаус (Клиникум Нуернберг); Оснабрюк: доктор Муц (Staodtische Klinik Natruper Holz); Регенсбург: Проф. Д-р мед. Зальцбергер, проф. Schoölmerich, и др. Schneidewind (Университетская больница Регенсбурга); Ремшейд: Доктор мед. Steege; Росток: доктор мед. Крефт, проф. Циглер и проф. Рейзингер (Университетская клиника Росток); Штутгарт: д-ры Иблер, Шафферт, Шнайтманн и Трин, доктора Фриц, Муоллер и Ульмер; Д-р Вагнер-Вининг (Landesgesundheitsamt Stuttgart); Ульм: Проф. Керн и проф. Д-р Крейдлер (Университетская больница Ульма); Viernheim: Dr. med. ван Трик; Висбаден: Доктор мед. Strong.

Ведущим автором этой публикации был доктор Хейко Джессен, Берлин; email: heiko.jessen@praxis-jessen.de



Источник: rupubmed.com


Добавить комментарий